Жертвы войны. Пленные. Часть 1 — два «котла».


Среди череды трагедий Великой отечественной наряду с миллионами погибших одной из наиболее тяжких является плен. Плен в какой-то мере даже более страшен для восприятия, нежели гибель в боях, ибо можно понять, когда миллионы гибли с оружием в руках, защищая родную землю от захватчиков. Но трудно представить себе, что миллионы оказываются во вражеском плену.

Всего за годы войны без вести пропавшими числились 4559,0 тыс., почти 40% от общего числа безвозвратных потерь. Большая часть из них оказалась в плену, из которого вернулись всего лишь 1836 тыс. человек (1)

Когда счёт идёт на миллионы, это всегда вызывает шок и немой вопрос: как же так?! Сразу подразумевается какой-то подвох, ну не могли же 4,5 миллиона солдат и офицеров просто так по объективным причинам оказаться в плену, не исчерпав всех возможностей для сопротивления!первая мировая война царская армия

Этим и пользуются самым наглым образом либералы и псевдоисторики, выкладывают готовый ответ: а это они, мол, не хотели за большевиков сражаться. Вот и сдавались поголовно немцам, пока заградотрядами кровавые «коммуняки» не стали заставлять армию идти в бой.

Что характерно, эту точку зрения разделяют как монархисты, так и нацисты, ну и, конечно же, либералы-демократы. Это одна из ключевых точек их единения в борьбе с общим врагом – советским государством (даже покойным) и непосредственно с нашей историей.

Их хлеб – давать простые ответы на сложные вопросы. Взять какую-то одну негативную черту и раздуть её до вселенских масштабов, ведь если не вникать подробно в события тех страшных дней, то такой ответ в принципе даже покажется логичным. Ведь если хотели бы сражаться за свою страну – так и сражались бы, а не в плен сдавались, верно?..

О том, каким образом тонкой линии армий прикрытия надо было останавливать армаду немцев и их союзников горлопаны, как правило, умалчивают. О том, как пехоте «на своих двоих» следовало избежать окружения моторизованными частями немцев, ответа тем более не следует.

Целью данной статьи не является разбор того, насколько упорно оборонялись советские войска (немецкие документы пестрят докладами об упорном, порой отчаянном сопротивлении окружённых), этой темы мы коснёмся лишь вскользь, когда к тому будет особая необходимость.

В своём материале автор решил рассказать читателю о несколько более ранних событиях – о событиях Первой мировой войны. А как сражалась русская армия? Сдавались ли в плен тогда? И если сдавались – то как и почему?

Попутно, да простит меня здравый смысл, я попытаюсь применить логику либералов к событиям тех времён и сравнить с событиями Великой отечественной. Сразу оговорюсь: автор в корне не приемлет подобный «либеральный» подход к истории, и ставит своей целью показать всю его абсурдность, попутно донеся до читателя много полезной информации о сражениях минувших войн.

Вашему вниманию предлагается часть 1 — «Два котла», в основе которой лежат размышления о схожести и различиях между окружением советских 3-й и 10-й армий в Белостокском котле и гибелью 2-й русской армии под Танненбергом.

Итак, на 1914-й год русская армия после проведённой мобилизации насчитывала 6 миллионов 553 тысячи человек. (2)

потери в первую мировую войну

Стоит сравнить это число с состоявшими в РККА на 22 июня 1941 года 4,8 млн чел, из которых в западных округах насчитывалось всего лишь 2,9 млн человек, разорванные на три несвязанных оперативно эшелона.

Активная фаза первой мировой войны после ряда приготовлений началась для русской армии планомерным развёртыванием и вторжением 1-й и 2-й армий в Восточную Пруссию 17-го августа 1914-го года, то есть спустя почти три недели после объявления мобилизации. Несмотря на плохую подготовку наступления и неокончательное развёртывание сил, времени всё же было предостаточно, тем более в сравнении с тем временем, что было на подготовку к войне у РККА. Напомню, что первые меры к развёртыванию армии начали приниматься лишь после сообщения ТАСС, а именно 18-19 июня 1941 года.

Имея в целом 304 батальона против 183 у германцев и 183(!) эскадрона против 84, обладая подавляющим качественным превосходством кадровых дивизий над германскими резервными корпусами, перемешанными с подразделениями ландвера и ландштурма, армии Северо-Западного фронта начали наступление. Успешно начав операцию Гумбинненским сражением, в котором немцы потерпели чувствительное поражение, 1-я и 2-я армии начали на радость немцам, уже думавшим об отступлении, медленно, и совершенно несогласованно, веером расползаться в разные стороны. Немецкое командование будто только вновь поверило в свои силы. Радиоперехваты нешифрованных приказов по армиям Ренненкампфа и Самсонова полностью обрисовали диспозицию русских армий: между ними образовался никем не заполненный многокилометровый разрыв. Обладая подавляющим превосходством в кавалерии, наши генералы не смогли её толком использовать даже для прикрытия флангов, не говоря уже об эффективном преследовании отступавших немцев и освещении «тумана войны» перед продвигающимися вслепую навстречу гибели войсками. Пользуясь вялостью наступления со стороны 1-й армии, немецкие части (включая частично даже гарнизон Кёнигсберга) оторвались от преследования, погрузились в эшелоны и, осуществляя железнодорожный манёвр, отправились прямиком на фланг 2-й армии Самсонова. Там, соединившись с прибывшими резервами и основными силами 8-й армии, начали операцию на окружение. 27-30 августа корпуса 2-й русской армии оказались в кольце, будучи оторванными от корпусов 1-й армии на 80-100км. Оторванными сугубо добровольно и по собственной же бестолковости, а не под воздействием ударов навязывающих свою волю немцев.

Согласитесь, какой разительный контраст с обстоятельствами окружения частей 3-й и 10-й советских армий в Белостокском выступе! Когда две танковые группы, значительно мощнее своих оппонентов, прорвали фронт и быстро вышли на тыловые коммуникации и так бедного путями сообщений района, зажав советские войска в лесисто-болотистой местности, непрерывно утюжа отходящие колонны бомбами, сжигая тягачи, заставляя бросать артиллерию и идти на прорыв с винтовками против пулемётов.

В нашем же случае превосходство в силах целиком на стороне армий Самсонова и Ренненкампфа, но немцы умудряются превратить начальное поражение в блестящую победу.

генерал самсонов - герой первой мировой войны

Как же повели себя окружённые?

Отдельные подразделения 2-й армии оказывали героическое сопротивление, как 25 годами позднее войска в Белостокском котле. Как пишет генерал М. Зайончковский(2),

В этом сражении русские разбили 6-ю и 70-ю ландверные бригады у Гросс-Бессау и Мюлена, ландверную дивизию Гольца, 3-ю рез. дивизию под Гогенштейном, 41-ю пехотную дивизию под Ваплицем, 37-ю пех. дивизию под Лана, Орлау, Франкенау; наконец, они нанесли поражение 2-й пех. дивизии под Уздау, но отдельные успехи русских не были увязаны в общую победу.

Но что есть отдельные успехи на фоне общей катастрофы?

Части XIII и XV корпусов и 2 пех. дивизии разбились на отдельные группы, составленные из разных войсковых частей пехоты, артиллерии и казаков (дивизионной конницы), и продолжали еще вести бой 30 и 31 августа. Немногим удалось пробиться, но большей частью эти группы, оставшиеся без руководства старших начальников, пробирались наугад по лесным дорогам и при встрече с противником оказывались не в состоянии организовать успешный прорыв.

За фразой «оказывались не в состоянии организовать успешный прорыв» скрываются весьма нелицеприятные вещи.

Например,  генерал А.А. Благовещенский, командир VI-го армейского корпуса, один из прямых виновников окружения 2-й армии, бежал от своих войск. Корпус бесконтрольно откатился вслед за командующим обратно за границу, открыв для немцев фланг своих товарищей. Как он затем оправдывался, «Не привык быть вместе с войсками». (А.А. Керсновский, «История Русской армии»)

Командир 23-го армейского корпуса генерал К.А. Кондратович также сбежал от своих войск в тыл.

Но главный «герой» во всей этой трагедии – безусловно, генерал Н.А. Клюев, командир XIII-го корпуса.

В ходе боёв в окружении он, возглавляя дивизионную колонну, шедшую на прорыв, перед последней линией германских пулемётов внезапно приказал ординарцу ехать к немцам с белым платком в руках. И более 20 тысяч человек при оружии сдались без боя, не ранеными, имея все возможности не только продолжать сопротивление, но и благополучно пробиться к своим.

Характерный штрих — из всех высших чинов корпуса пробился только начштаба 36-й пехотной дивизии полковник Вяхирев. Из всего состава пробились 165 человек и команда разведчиков. Именно они не подчинились приказу о сдаче и пошли на прорыв. Как мы видим, успешный. (Там же)

Также внимания заслуживают и обстоятельства самоубийства генерала Самсонова – когда при попытке прорыва вместе со своим штабом, он не был поддержан эскортом, не желавшим идти на пулемёты, и вынужден был, дабы избежать позора, застрелиться.

Стоит заметить, что тема командования в царской армии заслуживает подробного рассмотрения в отдельном материале.

Снова разительный контраст с тем остервенением, с которым советские 10-я и 3-я армии по болотам пробивались к своим, сметая один за другим немецкие заслоны, нанося противнику чувствительные потери, упорно обороняясь и задерживая преследователей на каждом возможном рубеже, зубами вцепляясь в плацдармы у ключевых переправ в июне 1941-го. (5)

Завершить окружение противнику удалось лишь 2 июля 1941 года, порядком помотавшись по лесам и прилично растрепав свои дивизии. По немецким данным в плен было взято 116100 пленных (здесь стоило бы оговориться о методиках подсчёта пленных немцами, но это тема для отдельного материала), но успех оказался лишь частичным – значительная часть советских войск из котла благополучно вырвалась, несмотря на утрату тяжёлой артиллерии и большей части техники.

Армия Самсонова, напомню, не сталкивавшаяся с прорывами танковых групп и бомбовыми коврами, имевшая с противником равенство в живой силе (10,5 пехотных дивизий против 11,5 у врага) и превосходящая их качественно, потеряла в тех боях пленными 92 тысяч за 3 дня, при боевых потерях всего лишь в 8 тысяч человек убитыми. (3)  Другие оценки дают цифры от 80 до 97 тысяч пленных. Касательно же потерь убитыми в 3-й и 10-й армиях в 1941-м немецкий доклад группы армий «Центр» недвусмысленно утверждал: «Потери противника убитыми, по единогласным оценкам, чрезвычайно высоки». Почувствуйте, как говорится, разницу.

После окружения 2-й армии немецкий удар  логично  обрушился и на 1-ю армию, ранее позорно оставившую товарищей в беде, и до 17-го сентября армия Ренненкампфа добавила в германскую «копилку» ещё 45 тысяч взятых в плен.

первая мировая война - фото генерала Ранненкампфа

Самое время задаться вопросом – а почему, собственно, пленённые солдаты и офицеры советской армии нашими драгоценными либералами записываются в «не желавшие воевать» и в «сдававшиеся при первой возможности»?

Простите, но если 116 тысяч пленных, полторы недели боровшихся со значительно более сильным врагом, «не хотели сражаться за власть большевиков», то 97 тысяч пленных в Восточной Пруссии, дравшиеся с врагом как минимум равным, а то и более слабым, тем более должны были не желать сражаться «за Веру, Царя и Отечество»? Иначе каким же образом немцы собрали столь значительный «урожай»?

Первая мировая война агитация немцев

Простите, но хромает логика. Если оперировать одним только количеством пленных, то аргументация подобного уровня мгновенно становится палкой о двух концах, и не менее больно ударяет и по царской армии, в период её наибольшего могущества. Когда никаких большевиков ещё и близко не было, страна жила ожиданием победы, на волне патриотизма, ещё не грянули катастрофа с винтовками  и «снарядный голод», прекрасно обученная кадровая армия на довоенных запасах шла громить врага малой кровью на его территории.

Согласитесь, обвинять дивизии армии Самсонова в пацифизме по меньшей мере глупо, что никто собственно и не делает. Но почему-то в отношении пленных в том же Белостокском котле подобные утверждения сыплются как из рога изобилия.

Но к политике двойных стандартов у наших властителей дум и ангажированных «историков» давно не привыкать. Так давайте же думать своей головой.

Но всё это было только началом, куда более страшные события развернутся в 1915-м году, о чём поговорим в следующей части.

 

*Примечание.

1)   Г.М.Кривошеев, «Россия и СССР в войнах XX века, статистическое исследование»

2) М. Зайончковский, «Первая мировая война»

3) Н. Головин, «Военные усилия России в Первой мировой войне»

4) А.А. Керсновский, «История русской армии»

Подробнее о гибели 2-й армии в Восточной Пруссии см. также например Г. Иссерсон, «Канны мировой войны».

5) По боям 3-й и 10-й армий см. А.Исаев, «Неизвестный 1941-й. Остановленные блицкриг».